Спутник

248 735 подписчиков

Свежие комментарии

  • ира
    спасибо за хорошие советы!Как спастись от ж...
  • Полина Полина
    Уверена, что именно Банка сливают наши персональные сведения мошенникам.В МВД назвали осн...
  • galina sledneva
    Такая пенсия должна была быть еще пару лет назад...себя "любимых" не забывают.Средний размер пе...

Как воркутинцы помогали приблизить Победу

После того как в октябре 1941 года нацистские войска оккупировали Донбасс, страна осталась без 60% угля. Коми тогда стала самым важным центром по добыче и поставке этого топлива. В сложнейших условиях вечной мерзлоты воркутинцы срочно возводили шахты и железную дорогу, чтобы обеспечивать бесперебойную добычу и доставку угля для Москвы, блокадного Ленинграда, Череповца, Мурманска, Вологды, Кирова и многих других городов. Вместе с ученым-историком Федором Колпаковым ТАСС вспомнил героев тех лет. За годы войны Воркута дала фронту, промышленности и обычным людям более 6,5 млн тонн угля. 377 работников комбината «Воркутстрой» наградили за эти подвиги орденами и медалями, четырем предприятиям города в годы войны вручили переходящие Красные знамена Государственного Комитета Обороны. В память о героизме простых работников-угольщиков открылась новая экспозиция «Военная Воркута: повседневность подвига». Документы представляют неизвестные ранее факты о воркутинцах — простых героях Заполярья военного времени. Уголь как воздух 1943-й — год перелома на фронтах Великой Отечественной войны. Именно в это время в заполярную Воркуту прибывает генерал Михаил Мальцев, которого назначили начальником Воркуто-Печорского управления исправительно-трудовых лагерей НКВД СССР — Воркутлага.

9 марта 1944 года на промышленной базе Воркутинских исправительно-трудовых лагерей был образован комбинат «Воркутауголь» НКВД. Мальцева назначили его руководителем, и с этого момента он совмещал две руководящие должности. Назначение Мальцева в Воркуту в 1943 году стало для него очень неожиданным. До этого он, выпускник Новочеркасского политехнического института по специальности инженер-электрик, командовал 10-й саперной армией, которая обеспечивала строительство заградительных и оборонительных сооружений на Северном Кавказе, участвовала в Сталинградской битве, рассказывает старший научный сотрудник Воркутинского музейно-выставочного центра Федор Колпаков. «В конце февраля — начале марта 1943 года Мальцева вызвали в Москву, он получил задачу — любыми средствами повышать уровень добычи угля. В 1942 году Воркута добыла 609 тыс. тонн угля, в конце его руководства, в 1946 году, комбинат «Воркутауголь» получил почти 2,9 млн тонн. Руководство услышало все его организационные, технические и кадровые предложения. Главное было — добыть уголь, без которого невозможно получить ни танки, ни снаряды, никакого оружия», — подчеркнул Колпаков. Столько шахт, сколько было заложено при Мальцеве по вторую половину Великой Отечественной войны, не строилось больше в Воркуте никогда. На момент его приезда работали две шахты — № 8 и № 1 «Капитальная», а в 1946 году — уже 11. Михаил Мальцев «Как руководитель Мальцев понимал, что одного нажима «давай-давай» будет мало, что людям нужна отдушина. Одним из памятных моментов стало создание Воркутинского музыкально-драматического театра 8 августа 1943 года. И 1 октября 1943 года на сцене Дома культуры шахты № 1 была показана оперетта Имре Кальмана «Сильва». Это был культурный шок, когда люди на краю земли, в большеземельской тундре услышали восхитительную музыку», — рассказал историк. При Мальцеве 26 ноября 1943 года Воркута из поселка превратилась в город республиканского значения. И в бытовом, и в социальном плане Мальцев продвинул Воркуту вперед. В первые же недели после окончания Великой Отечественной войны он возобновил гражданское строительство, поскольку в годы войны кроме производственных мощностей и жилых бараков ничего не строилось. Мальцев распорядился также построить бульвар Победы в центре Воркуты, находящемся тогда в безобразном состоянии. Был возведен воркутинский стадион, Дом культуры шахты № 1 перестроен в здание для театра. «Все делалось быстро, стремительно, люди работали в две-три смены, чтобы восполнить провал в жилищном строительстве, в культурной жизни во время войны. Таков весь Мальцев. Он в меньшей степени был чекистом, а больше хозяйственником», — отметил Колпаков. Нельзя не вспомнить и его сотрудников, например Симона Шварцмана, который работал начальником энергоуправления и начальником ТЭЦ-1 — первого промышленного источника электроэнергии в Воркуте. ТЭЦ-1 была введена 22 декабря 1942 года и действует до сих пор. «Человек образованный и тонко чувствующий. Писал небольшие заметки в газету «Заполярная кочегарка» с аннотациями очередных спектаклей. Это было ему интересно и важно, потому что его супруга Наталья Ивановна Глебова являлась примой Воркутинского драмтеатра той поры. Мальцев, понимая важность деятельности Шварцмана, в беседе с приехавшим в 1946 году в Воркуту сценаристом Леонидом Аграновичем произнес фразу «Запомните это имя: Симон Бенционович. Так зовется золото». Настолько высоко и аллегорично оценивал Мальцев своих людей», — говорит ученый. Начальник Воркутинской ТЭЦ Симон Шварцман, 1945 год Многие современники, среди которых были и заключенные, вспоминали, что Мальцев и другие воркутинские руководители ценили в людях профессионализм, понимая, что выполнить поставленную задачу можно только вместе со специалистами. Бывали случаи, когда даже начальники шахт назначались из заключенных, чего после 1948 года, с очередной волной репрессий, уже не встречалось, говорит историк. Добывали уголь не только заключенные. В 1943 году в Воркуте насчитывалось 7,1 тыс. вольнонаемных и около 30 тыс. заключенных, все работали на равных, отмечает ученый. После работы — в забой Первой в стране женщиной-навалоотбойщицей стала Ванда Барсукова, ее имя знала вся Коми АССР, рассказывает Федор Колпаков. «Ванда Модестовна работала тогда простым учетчиком и выступила с призывом: "Девушки Воркуты, спускайтесь в забой!» В свободное от работы время по ее примеру многие, кто работал на поверхности и не был знаком с подземным трудом, спускались в забой, чтобы дать больше угля родине. Молодая комсомолка — 1921 года рождения. Движение Ванды Барсуковой не стало таким громким, как стахановское, гагановское, но для Воркуты и Коми АССР это было очень значимое имя. Корпус людей, которые пошли по ее примеру, был огромен. Счет добытого ими угля шел на десятки тонн», — рассказал Колпаков. Ванда Барсукова Сохранилась запись выступления девушки на совещании мастеров угля: «Моя норма — 250 тонн угля в месяц. В июне я свою норму перевыполню, в июле вместо 250 тонн дам 500 тонн угля. Пусть знают враги, на что способна советская женщина-шахтерка, когда дело идет о защите Родины, о помощи Советской Армии». Признание ее подвига не заставило себя долго ждать. 15 сентября 1943 года, за несколько недель до присвоения Воркуте статуса города, указом Президиума Верховного совета СССР Ванда Барсукова в числе 141 человека была отмечена государственной наградой. Ее наградили орденом «Знак Почета». Барсукова стала одной из самых молодых награжденных. «В таком темпе Ванда и ее последователи отработали до конца войны, до 1945 года. Потом было послабление, которое позволило перейти на мирное русло, но в годы войны призыв Ванды был очень дорог. Всю жизнь она прожила в Воркуте, где и была похоронена в 1979 году. Последние годы работала техслужащей в воркутинском филиале горнотехнического института, простая работница. К сожалению, в Воркуте не осталось ни ее воспоминаний, ни мемуарных записей. Ничего не было задокументировано, о сохранении памяти в то время не думали», — рассказал историк. Подарочный уголь Еще один воркутинский герой времен Великой Отечественной войны — Василий Иннокентьевич Погорельский. Он работал навалоотбойщиком. Сегодня эта первичная рабочая специальность горняков практически ушла — производительность человека с отбойным молотком, конечно же, несоизмерима с теми, кто работает на гигантских комбайнах, механизированных комплексах. Василий Погорельский был опытным горняком — ему было далеко за 40. Он попал в Воркуту среди тех, кого направили в Заполярье в 1941–1942 годах. В 1941-м прибывали горняки из Донбасса перед его оккупацией, в 1941–1942 году — из Карагандинского угольного бассейна. В 1944 году Василий Погорельский заявил, что после смены, подъема на поверхность и небольшого перерыва он вновь будет спускаться в забой добывать уголь. У большинства воркутинских горняков из инструментов в то время были простые кайла, молотки, облушки, ручной труд был очень примитивным. Только опытным вручались отбойные молотки, которые появились в Воркуте в 1941 году. Воркутинские горняки, 1940-е годы «В свободное от работы время Погорельский спускался в забой и добывал уголь сверх плана. Потом этот сверхплановый уголь он за свои личные деньги покупал у комбината по себестоимости и дарил Ленинграду. Выходило несколько десятков тонн угля. Это запредельно, это и есть источник нашей победы над нацизмом, самоотверженность этих людей безграничная. Точное количество отправленного Погорельским угля нигде в источниках не сохранилось. Нормой для него было по 100 тонн в неделю, около 400−500 тонн в месяц. На что жил? Помимо зарплаты, на которую Погорельский покупал уголь, были карточки, натуральное обеспечение. Горняки получали горячее питание два раза в день и норму хлеба 300 граммов», — рассказал Колпаков. По его данным, совсем недавно ученые нашли в государственном архиве РФ интересные сведения: в 1943 году в Воркуте насчитывалось около 1 тыс. «отказников» — людей, по разным причинам отказывавшихся идти в забой. Их подвергали репрессиям за невыполнение нормы. Применяли все меры воздействия, какие только могли, начиная от увещеваний до размещения в бараках усиленного режима наподобие карцера. Но даже в этом карцере они получали свою дневную норму хлеба 300 граммов. «Что придумали партийные работники. Собрав когорту отказников, им показали документальный фильм 1942 года «Ленинград в борьбе». Там известные на весь мир кадры о норме хлеба 125 граммов для детей и иждивенцев, завернутые в тряпицы тела умерших от голода, от вида которых у многих застывает кровь. По свидетельству очевидца, которое хранится в архиве, на следующий день после просмотра из этой тысячи не вышли в забой около сотни. Люди понимали, что они находятся в Воркуте в аду, но есть те, которые страдают гораздо больше. Погорельский по собственной воле проработал так до Победы. За годы войны только сверхплановых, подарочных эшелонов было отправлено в Ленинград 651. В одном эшелоне было до 25−30 вагонов, по 25 тонн угля в каждом», — говорит Колпаков. Митинг перед отправкой эшелона с углем для блокадного Ленинграда. Воркута, июль 1943 года Удивительно, но факт: несмотря на то, что понятие безопасности подземного труда только зарождалось, везде использовались деревянные крепи (сооружения, которые строили для защиты от обрушения горных пород в выработках), а о металлических и железобетонных конструкциях не было и речи, людские потери от несчастных случаев на производстве были сравнительно небольшие. Во время Великой Отечественной горняки работали еще на верхних горизонтах месторождения, на верхнем ярусе воркутинской мульды (от нем. mulde, букв. — ко­ры­то, ло­хань, заполненная отложениями), где опасных выделений метана в разы меньше. О подвигах железнодорожников Из железнодорожников, доставлявших эшелоны угля для блокадного Ленинграда, нельзя не вспомнить о Петре Петровиче Дунаеве — он повез из Воркуты первый эшелон с углем. Возможно, его доставили в осажденный город. Сохранились воспоминания Дунаева. «Дорогу тогда называли живой, так как рельсы ходили ходуном. Двигались в лютый мороз, в полярную ночь, сквозь пургу и снежные заносы. Еще не было семафоров, шли на тусклые огни фонарей дежурных по станциям. Не было жезлов, писали на дощечках. Не было водонапорных башен, воду для локомотивов брали в прорубях. От холода в буксах подвижного состава застывала смазка. Делали все возможное и невозможное, чтобы пройти путь», — описывал машинист работу, которую необходимо было делать в пути по только что отстроенной, недостаточно освещенной Северо-Печорской железной дороге. Петр Дунаев Другой воркутинский машинист Петр Дьяченко в 1944 году доставил в Ленинград первый эшелон «подарочного» угля — того, который воркутинцы добывали вне плана, после работы. «В память об этом событии в 1980 году на перроне воркутинского железнодорожного узла установлен паровоз. Табличка на нем свидетельствует: «На этом паровозе 28 июня 1944 г. машинист депо Воркута П. П. Дьяченко провел первый из десяти эшелонов угля, отправленных трудящимися Воркуты в подарок освобожденному Ленинграду». Еще одно имя, вошедшее в историю Воркуты, — Елена Мироновна Чухнюк, ставшая одной из первых железнодорожниц, удостоенных звания Героя Социалистического труда. Уроженка села Дьяковка Винницкого уезда Подольской губернии (ныне территория Украины), Чухнюк с 1938 года водила большегрузные поезда на Оршу, Могилев, Чернигов. Во время Великой Отечественной войны водила поезда с оружием и боеприпасами к линии фронта — под Ельцом, Сталинградом, Курском, на Днепре. Паровоз для отправки сверхпланового угля в Ленинград. Воркута, 1944 год Зимой 1943−1944 годов на Северо-Печорской железной дороге водила поезда с углем. В сильные морозы женщина организовала скоростное движение угольных маршрутов, сократив время доставки груза в три раза. «В 1943–1944 годах Елена Чухнюк в составе поездных бригад отвозила воркутинский уголь в центральную часть страны. В то время не существовало поездных бригад, которые сегодня сменяют друг друга. Из Москвы до Воркуты за углем эта женщина вела паровоз по пять суток в одну сторону, в морозы, в нечеловеческих порой условиях. Формально тогда работали два машиниста и тройка кочегаров, смены им на маршруте не было», — рассказывает Колпаков. Мало было добыть уголь, не менее важно было еще и доставить его по назначению, поэтому роль железнодорожников была очень важна, добавил ученый.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх